Перейти к содержимому


Фотография

Ник Лиссон /рубрика "страницы славы"/


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 timm

timm

    Мастер

  • Пользователи+
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 317 сообщений

Отправлено 15 Ноябрь 2006 - 01:03

[align=center]Изображение[/align]

Ник Лисон родился в 1967 году в провинциальном английском городишке Ватфорд в небогатой рабочей семье. Его отец — Уильям Лисон был простым штукатуром и хотел, чтобы сын стал строительным инженером. Но сын выбрал другую дорогу: он решил стать финансистом. Учился он хорошо и был полон амбициозных планов. Некоторым из них суждено было сбыться. Сразу после окончания университета, в 1989 году, он попробовал свои силы в компании Coutts, затем в банке Morgan Stanley. А в 1992 Ник Лисон был взят на работу в один из самых респектабельных банков Великобритании — Barings (Беринг).

Barings был не просто банком, это был один из самых старинных торговых банков. История банка Barings берет свое начало в 1717 году, когда Френсис Беринг иммигрировал из Германии в Британию, чтобы заняться торговлей шерстью. В 1762 году его внуки, использовав накопленное семейное состояние, основали торговый банк под фамильным именем Barings.

Благодаря значительному капиталу и безупречной репутации Barings вскоре стал одним из крупнейших финансовых институтов и настоящим казначеем Британской империи. Он был кредитором и финансовым маклером королей Европы и царской России, финансировал войны против Наполеона и США, выступал кредитором в таких проектах, как покупка штата Луизиана, строительство метро в Лондоне и телеграфа в США. B XIX веке братьев Беринг даже называли шестой великой державой (после Англии, Франции, Австрии, Пруссии и России). Репутация Barings была столь высока, что он был упомянут в произведениях таких писателей, как Чарльз Диккенс, Жюль Верн и Александр Дюма. Последний, кстати, поместил сокровища графа Монте-Кристо в банк Barings.
Он являлся не только опорой английского истеблишмента, но и традиционным кредитным инструментом на острове. Даже сама королева доверяла ему инвестиционные сделки. В газетах всегда отмечался безупречный имидж Barings и применяемые им в бизнесе методы.
На протяжении 12 поколений Банкирский дом Берингов соблюдал консервативные деловые принципы. Например, в отличиеот крупнейшего британского инвестиционного банка S. G. WarburgSecurities, он отказался глобально расширять операции во всех сферах. Его основной принцип гласил: «Концентрация на тех сделках, которые приносят небольшой капитал». Barings был акционером американского инвестиционного банка Dillon Read с долей 40%. А в международных сделках по слиянию и поглощению он занял одно из первых мест.
Имея огромный международный авторитет, банк считался образцовым учреждением. В нём работали более 4 тысяч сотрудников. С 1985 года им управлял член старинной финансовой династии Берингов — Питер Беринг.

Принимая на работу 25-летнего Ника Лисона, Питер Беринг вряд ли понимал, что принимает судьбоносное решение. Он и представить себе не мог, что вскоре этот молодой энергичный финансист своими амбициозными планами и поступками угробит величайший британский банк, в одночасье покончив с семейным бизнесом Берингов, которым они занимались на протяжении 12 поколений.

Проработав три года в Лондонском Сити в качестве клерка в бэк-офисе, Ник зарекомендовал себя финансовым гением. Его считали восходящей звездой. Именно этим и объясняется быстрое продвижение молодого человека по служебной лестнице, столь редкое для консервативной Британии.
Через три года Ник назначается на должность трейдера Сингапурского офиса банка Берингов, а по совместительству еще и менеджером всего фьючерсного и опционного бэк-офиса филиала банка!
Основная задача, которую предстояло решать Лисону, состояла в проведении арбитражных операций между Осакской (OSE) и Сингапурской (SIMEX) фондовыми биржами по фьючерсам и опционам Nikkei225. Надо заметить, что работал не только успешно, но и блестяще. Это было отмечено руководством: кроме высокой зарплаты вразмере 200 000 фунтов в год, Barings установил ему огромные премиальные (порядка $ 750 тыс.), и буквально накануне обвала выдал вознаграждение в размере одного миллиона.
Только в 1993 году Ник принес родному банку прибыль порядка GBP15 млн. (примерно $24 млн.) или 10% от всей прибыли. В 1994 году Сингапурский филиал Берингов заработал GDP 52,9 млн. (порядка $80 млн.), из которых более половины принес всего лишь один сотрудник — трейдер Ник Лисон. В первой половине 1994 года личный вклад Лисона составил 18 миллионов фунтов.
Поэтому неудивительно, что Ник получил от высшего руководства «карт-бланш» на опционно-фьючерсную торговлю в своем регионе. Коллеги тоже по достоинству оценили талант молодого спекулянта. Он получил почетный титул «Трейдер-победитель». Брокеры внимательно следили за его действиями на рынке, считая, и не безосновательно, что он способен просчитывать поведение рынка на несколько шагов вперед.

Таково было положение банка Barings и его восходящей звезды Ника Лисона до середины января 1995 года. Ничто не предвещало беды, разве что кроме землетрясения, которое произошло в Кобэ 17 января. Оно стало началом разыгравшейся затем трагедии как для Barings, так и лично для Ника Лисона. Людям, не посвященным в тонкости трейдерского искусства и арбитража трудно разобраться однозначно в ситуации, в которой оказался молодой талантливый финансист.

О деле Barings, о деле Лисона, напечатана уйма статей во всех общественно-политических журналах и газетах. Оно превратилось в пугало. О нем писались монографии. При этом в 99 случаях из 100 абсолютно отсутствовало всякое понимание того, что произошло на самом деле. Попробуем объяснить подлинный смысл событий, приведших к трагической развязке.
Читая ту абракадабру и ахинею, которую поспешили донести до широкой публики борзые журналисты, удивляешься, что проникла она даже на страницы солидных экономических изданий. Но оставим это на совести корреспондентов и издателей.
По их версии Лисон был примитивным «рулеточником», который, вульгарно увлёкшись, попеременно ставил то на черное (фьючерсы), то на красное (опционы). Лисон оказался классическим козлом отпущения, на него покатили все бочки.
Сразу же было забыто, сколько прибыли принёс «убогий» Лисон своим работодателям. И как ценил его банк: какие выплачивал ему вознаграждения!
В то же время, общественное мнение всячески выгораживало сам банк. Ведь Barings был не просто банком. Barings был оплотом финансовой стабильности и надёжности, одним из самых старинных и уважаемых символов капитализма.

Так что же такого натворил Ник, работая на японском рынке ценных бумаг? Вот что пишет серьезное экономическое издание «Living Marxism» (апрель 1995года, №78): «Прежде чем обвалить Barings, Лисон купил десятки тысяч фьючерсных контрактов (установил длинную позицию) на индекс Nikkei 225, сделав ставку на то, что акции в Токио будут расти так, чтобы в середине марта цена, по которой он купил акции, оказалась ниже текущей рыночной, по которой он собирался их продать. Когда же рынок, напротив, пошел вниз, Лисон стал аккумулировать нереализованные убытки (booklosses) вопреки ожидаемым прибылям. Тогда он принялся торговать опционами, чтобы компенсировать эти убытки».
Это, мягковыражаясь, дезинформация и введение в заблуждение. Никакими фьючерсами Ник не затоваривался, поскольку на тот момент реализовывал вполне конкретную опционную стратегию: торговал straddles. Теми straddles, которые предполагают одновременную покупку (или продажу) call- и put-опциона с одинаковым «страйком». (Put-опцион дает право продажи акций по фиксированной цене в течение установленного периода времени, а Call-опцион дает право на покупку определенного числа акций по фиксированной цене в определенный момент или в течение определенного времени. Strike price — зафиксированная в опционном контракте цена за акцию, по которой владелец опциона может купить (опцион «call») или продать (опцион «put») эти акции в случае исполнения опциона).

Итак, Ник продавал straddles. Он ставил на то, что рынок пребывал в застойном положении и двигался не вверх или вниз, а в сторону. И очевидно, что продажа straddles — просто идеальная стратегия в подобной ситуации.
Но в какой-то момент японский рынок покатился вниз, что было характерно для него на протяжении последних семи лет. Лучшее, что мог сделать Ник, это выкупить put-опционы, закрыть по ним короткую позицию и тем самым обезопасить себя от возможных потерь при дальнейшем движении рынка вниз. По крайней мере, так поступать требует от трейдера его начальство.
Но не забывайте, что Ник пользовался безграничным доверием и получил полную свободу на все свои операции (в конечном счёте, это и погубило Barings банк). Как поступил Лисон? Конечно, недопустимо рискованно, но при этом — гениально. Он решил не трогать свои опционы и исправить ситуацию по-другому.

Он выбрал рискованную стратегию: скупить в огромном объеме фьючерсы на индекс Nikkei 225. Массовая скупка фьючерсов приведёт к тому, что цена на них резко возрастёт и премияо бгонит FV. И расчёт его был верен. Как только премия превысила FV, засуетились индексные арбитражеры, которых в Японии не меньше, чем в Америке. Они продавали дорогие фьючерсы и скупали дешевые акции! Причем в таких объемах, что цены на акции стремительно возрастали. То есть рынок стал восстанавливаться. А вместе с ним и straddles банка Barings!
Это был, конечно, тонкий ход. Но Ник Лисон просчитался! Он не оценил слабости японского рынка. Арбитражеры действительно толкали рынок вверх. Но как только арбитраж заканчивался, рынок снова полз вниз. Ник опять покупал фьючерсы, арбитражеры толкали рынок, рынок падал. И так день за днем.
Ситуация обострялась, напряжение нарастало. Ник скупил уже более 61тысячи фьючерсных контрактов, и открытый интерес по ним достиг рекордной величины за всю историю Японии. Казалось, еще совсем немного и трейдер Лисон изменит ход истории. Но чудес не бывает: у величайшего банка кончились деньги!
Используя теорию вероятностей, вернее играя по определённой системе, можно выиграть. Но есть непременное условие: у вас должно быть достаточно капитала, чтобы выстоять до того момента, когда грянет желанный выигрыш! У Ника и его Беринга капитала не хватило...

Ситуация стала угрожающей. Впереди замаячила катастрофа! Помимо огромного количества убыточных straddles, на счетах банка скопилось еще больше индексных фьючерсов. Хуже того: эти фьючерсы Ник Лисон покупал с большой премией, а поскольку рынок продолжал падать, то продать их можно было только себе в убыток.

Полный провал! Barings приказал долго жить. Грустная история. В духе азартного игрока и известного писателя Достоевского. Когда Ник увидел, что натворил, то тут же покинул Сингапур вместе с супругой.
Только 24 февраля 1995 года, на следующий день после бегства Лисона, в Barings узнали о постигшей катастрофе. А результаты подсчета потерь повергли в ужас руководство банка. Убыток в $1,4 млрд более чем в два раза превышал собственный капитал Barings ($615 млн). Питер Беринг отчаянно пытался спасти свой банк. Рассматривался даже вариант покупки Barings султаном Брунея, но тот в последний момент отказался.

Разразился грандиозный скандал в прессе. Под удар была поставлена вся финансовая система Соединенного Королевства. Министр финансов Кеннет Кларк вынужден был выступить с заявлением и заверить общественность, что британская банковская система не находится на грани коллапса. «Крах Barings является не чем иным, как мошеннической деятельностьюбиржевиков», — сделал он официальное заявление.
Деньги вкладчиков банка в размере $4 млрд «сгорели». Королева Елизавета II и принц Чарльз, будучи клиентами Barings, потеряли около $2 млн. Примерно $800 тыс.лишилась и управляемая престолонаследником благотворительная организация Prince Trust. 4000 сотрудников Barings оказались безработными. Сам Barings после банкротства был продан голландской страховой группе ING за символическую цену.

А что же финансовый гений Ник Лисон? Он не покончил с собой, не стал искать убежища в дальних странах. Он взял у Судьбы «тайм-аут». Нужно было придти в себя. В самый разгар скандала он отдыхал в отеле на побережье Малайзии, где вместе с женой отметил свое 28-летие. О ходе скандала и банкротстве Barings он следил по газетам.
Отдохнув, чета на самолете отправилась через Бруней, Бангкок и Дубаи во Франкфурт. Там их путешествие и закончилось. Пограничники, имея на руках их фотографии, узнали британцев. Ника Лисона доставили в камеру Франкфуртской следственной тюрьмы. Там он ждал своей дальнейшей участи до Пасхи 1995года.
Своему адвокату Эберхарду Кемпфу он пояснил, что не хотелс даваться в руки правосудия в Сингапуре, поскольку судебная практика там не такая, как на родине. Такая практика знакома и нам. А государство-город Сингапур смог приучить своих граждан к соблюдению порядка и дисциплины. За кражу или обман суд здесь может приговорить и к пожизненному заключению.
Случай с Лисоном имел и дипломатические сложности. Еще во Франкфурте чиновники из Сингапура подали в суд Франкфурта ходатайство о выдаче Лисона, обосновав его соответствующим образом. Под конвоем его препроводили в Сингапур. Лисону грозил срок до 14 лет тюремного заключения. Однако Сингапурский суд учел то обстоятельство, что Лисон нанес ущерб банку и его акционерам неумышленно. Суд определил ему срок 6,5 лет. Его имущество было конфисковано в пользу кредиторов Barings.

Находясь в заключении, Ник Лисон написал книгу-автобиографию «Жуликоватый трейдер»(«Rogue Trader»). Выйдя в 1997 в издательстве Little Brown , книга стала настоящим бестселлером. Правда, автор не получил за книгу ни фунта. Весь гонорар был перечислен кредиторам банка Беринг.
Там же в сингапурской тюрьме у Лисона обнаружили рак желудка и прооперировали. В конце 1999 г. Лисон был досрочно освобожден из тюрьмы по распоряжению президента Сингапура, который сам болен раком. После 3 лет триумфа и 3,5 лет заключения Ник Лисон вернулся на родину. Жена его покинула.
Сейчас он выступает с докладами на различных конференциях, получая гонорары не меньше $100 тыс. Предложений выступать перед аудиторией у него сейчас хоть отбавляй. На той жеконференции в Голландии бизнесмены платили по $300 за возможность послушать его доклад. Но профессиональной деятельностью он заниматься не может.

Такова трагическая судьба талантливого финансиста, звезда которого, ярко вспыхнув, быстро закатилась. Действительно, и азарт, и рынок финансовых производных это две стихии, обладающие огромной разрушительной силой. Ник Лисон оказался во власти азарта и попытался противопоставить себя рынку, но рынок оказался сильнее. И утопил его вместе с непотопляемым Берингом.


отсюда: http://www.dengi-inf...cle.php?aid=359




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных